В работе исследуется взаимное влияние неравенства и ДКП. В модель вводится гетерогенность домохозяйств (д/х) по доступу к финансовому рынку и величине субъективного дисконта. Параметры модели калибруются и оцениваются на основе как микроданных (RLMS-HSE, ОБДХ), так и макростатистики Российской Федерации. Мы показали, что учет в модели поведения группы д/х, не имеющих доступа к финансовому рынку, слабо влияет на трансмиссию шока ДКП, но за счет вторичных эффектов усиливает действие большинства структурных шоков. Поведение группы рикардианских д/х, которые берут максимальный с учетом их финансового ограничения объем кредитов (закредитованные д/х), напротив, усиливает реакцию макроэкономических переменных на шок ДКП, но слабо влияет на отклики этих переменных на большинство других структурных шоков. Мы выделили шоки неравенства и обнаружили, что взаимное влияние неравенства потребления и ДКП достаточно слабое. Рост индекса Джини на 1 п.п. за счет шоков неравенства приводит к росту ставки на 0,1 процентного пункта. Рост ставки на 1 п.п. при шоке ДКП приводит к росту индекса Джини на 0,1 процентного пункта. Мы показали, что шоки неравенства, связанные с потреблением рикардианских д/х по отношению к потреблению закредитованных д/х, вызывают более персистентный отклик всех переменных. Шоки, связанные с потреблением д/х, не имеющих доступа к финансовому рынку, по отношению к потреблению закредитованных д/х оказывают менее персистентное, но более значительное воздействие на выпуск. В работе показано, что для исследования роли неравенства в бизнес-цикле можно ограничиться одним интегральным показателем неравенства. Динамика потребления рассматриваемых групп д/х относительно закредитованных д/х не является однозначным индикатором про- или дезинфляционной политики, но содержит дополнительную информацию для идентификации структурных шоков, определяющих динамику макропеременных на частоте бизнес-цикла.